Меню
12+

Газета «Удомельская газета»

06.03.2020 12:30 Пятница
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

"Я планов наших люблю громадьё!"

Автор: Беседовал Алексей Намзин.

Алексей Серяков. г. Ярославль, март-2020

Когда и в 60 всё только начинается...

Удомельскому врачу, краеведу и журналисту с душой писателя-натуралиста Алексею Викторовичу Серякову 2 марта исполнилось 60 лет.

В августе 1984 года, после окончания лечебного факультета Калининского государственного мединститута и интернатуры по специальности "судебная медицина", он приехал в Удомлю. Здесь начал работу судебно-медицинским экспертом в только что открывшемся отделении ЦМСЧ-141. Профессионал своего дела, человек неравнодушный, социально активный, с широким кругом интересов — таким его знают многие.

- Алексей Викторович, расскажите, пожалуйста, о своем детстве.

- Я родился в г. Калинине в простой семье. Отец — слесарь-фрезеровщик, осенью 1941-го 13-летним мальчишкой уехал в эвакуацию в г. Курган, где и обрел профессию. Все родственники по линии отца родом из села Медное Тверской губернии. Кстати, два года назад мои друзья-архивисты помогли мне "докопаться" до первого из рода Серяковых, "дошли" до 1742 года...

Мама родом из Ярославской области, всю жизнь отработала на шелкоткацкой фабрике в Калинине, где я с друзьями в студенческие годы все время подрабатывал грузчиком. Платили нам по 60 рублей в месяц — большое подспорье для стипендии. С тех пор физический труд в любых проявлениях меня не пугает. Родственники по линии матери — Серебрянниковы, по мужской линии были мастера-ювелиры. В XIX веке ходили между Ярославлем и Костромой, делали колечки-сережки, оклады для икон. Может, именно с той поры у меня определенная тяга ко всему красивому: раритетные ювелирные изделия, антиквариат, картины и миниатюры я могу рассматривать часами.

Да и дед по линии отца, участник Первой мировой и Гражданской войн, был художником-оформителем. До революции — на фабрике в Петербурге, потом — на военном предприятии в Калинине. В свободное время писал "для души". В семье сохранилось много его картин. В детстве я часами смотрел, как он подбирал краски, как работал кистью.

- Когда Вы впервые услышали про Удомлю?

- В моем детстве, а жили бедновато, на моря не ездили (кстати, на Черном море до сих пор не был ни разу). Но каждое лето отец вытаскивал нас в путешествия по области — Осташков, Бологовские озера... И вот летом 1974 года опоздали мы на поезд до Осташкова, и вновь хотели ехать на озеро Селигер. А тут автобус до Удомли. С палаткой, рюкзаками загрузились и ночью вышли в Лайково-Попово. На ночь легко пустили переночевать местные жители, а утром я впервые увидел озеро Кубыча. Зимой потом перебирали дома фотографии, вновь "погружались" в рыбалку, сосновый бор…

И когда в 1984 году открывались новые отделения судебно-медицинской экспертизы (Удомля, Кувшиново, Торжок), я выбрал именно Удомлю. Видно, детские воспоминания пересилили, хотя от Торжка до родного Медного всего 30 км. Приехал в Удомлю на три года, потом планировал вернуться в Тверь. Но "задержался" здесь уже на 36 лет. Эта земля стала родной, здесь родился младший сын, все внуки. Да и обретенные в молодости друзья — от них не уедешь...(смеется).

Приехал я в Удомлю 1 августа 1984 года. В районы нас, молодых специалистов, развозил начальник бюро — Хатламаджиев Дмитрий Федорович. Отличный администратор, харизматичный, начитанный, невысоко роста, слегка прихрамывавший. В кабинет первого секретаря райкома КПСС Волкова В.Н. он зашел важно, как в свой кабинет, и в присутствии прокурора Прокофьева Г.В. начал обстоятельно рассказывать про шесть видов насильственной смерти (так он делал всегда в кабинете первых секретарей, такая у него была "фишка"). На 20-й минуте монолога первый секретарь понял, что на данный момент для него нет задачи важнее, чем обеспечить жильем вновь прибывшего молодого специалиста. И через час я уже вселился в общежитие.

На следующий день ключи от нового здания морга мне уже "передавал" начмед В.Н. Кузин. Кстати, именно Владимир Николаевич оказал огромную помощь при формировании судебно-медицинского отделения и его материальном обеспечении. Так началась первая судебно-медицинская служба в Удомле.

А стать именно экспертом, и остаться "человеком", помог мой учитель-практик Дмитриев Владимир Михайлович, долгие годы возглавлявший Тверское бюро СМЭ. Специалист высокого класса, душа компании, обладавший великолепной памятью — от него я многое перенял. И отношению к профессии, и отношению к людям, причем различного, как сейчас говорят, "социального" статуса.

- А что повлияло на Ваш выбор профессии? И почему именно судмедэксперт?

- С раннего детства увлекался животными, растениями, запоем читал в Калининских библиотеках (а был записан сразу в три!) все доступное по биологии. Однажды в селе пьяненький сельский ветеринар вскрывал павшую лошадь. И мы, ребятишки, прибежали на это посмотреть. Все стояли в сторонке. А я, шестиклассник, так "достал" вопросами ветеринара, что он стал мне объяснять (в меру своих "подзапитых" знаний), анатомию млекопитающих. Но надпочечник мне так и не нашел…

В школе я неоднократно участвовал в биологических олимпиадах, всегда занимал какие-то призовые места. А в пионерском лагере, куда меня родители каждый год отправляли на каникулы (всего за 7 рублей в месяц от профсоюза — это ли не счастье!), несколько лет приезжал на подработку вожатым студент-медик Сергей. Тихим голосом он, первокурсник (для нас — непререкаемый авторитет!) рассказывал различные "медицинские истории", показывал физиологические опыты на лягушках. От него я не отходил несколько летних сезонов, и он, единственному из пионеров, разрешал мне называть его Сергеем. Можно сказать, это он подтолкнул меня в медицину. И сейчас мы поддерживаем дружеские отношения. Только теперь я называю его Сергеем Федоровичем. С.Ф. Гнусаев — доктор медицинских наук, профессор, завкафедрой педиатрии в Твери. При встрече с улыбкой вспоминаем те далекие времена...

- Прошло столько лет, но Вы помните всех своих наставников?

- После окончания школы № 43 в областном центре очень легко поступил в Калининский государственный медицинский институт. Анатомию на первом курсе пересдавал четыре раза. Тогда, наверное, морфология человека и "зацепила" — всерьез и надолго. Помню всех педагогов, которые преподавали за шесть лет учебы. Это были и старые "зубры" ленинградской школы, и молодые — выпускники нашего вуза. К сожалению, уже многих нет с нами — пишу о них помаленьку свои воспоминания-впечатления.

На втором курсе прочитал книгу Юргена Торвальда "Сто лет криминалистики", книгу давали на сутки — из рук в руки. После ее прочтения решил стать судебно-медицинским экспертом. Пошел на кафедру судебной медицины, чтобы записаться в научный кружок. Но откуда был категорически "завернут" — мол, рано еще, только на 4-5 курсах. Но на следующий год снова пришел туда. Видя мою настойчивость, меня с товарищем приняли в СНО (студенческое научное общество), дав для "проверки" сложнейшую научную студенческую работу. Думали, что студентики в морге перебесятся и убегут. Но работу мы выполнили, доложили на весенней студенческой конференции и... до конца года я был членом этого кружка. Поэтому, получив диплом врача, уже твердо знал, куда пойду.

Первыми учителями на кафедре были Тищенко Владимир Иванович и Челноков Виктор Сергеевич. При встрече уважительно называю их "папаши". В том числе и за возраст — одному 73 года, другому 78 лет, но до сих пор работают в этой сложнейшей профессии. Высокого уровня специалисты, сделавшие тысячи экспертиз за эти годы. Интеллектуалы, без малейшего псевдонаучного апломба, воспитавшие десятки судебно-медицинских экспертов в России и за рубежом.

- Знаю, что Вы принимаете самое активное участие в работе Всероссийского общества судебных медиков…

- Да, стараюсь участвовать в работе всех наших съездов и конференций. Знаю лично всех профессоров, заведующих кафедрами медицинских ВУЗов и руководителей судебно-медицинской службы по России. Был ознакомлен со многими экспертизами из других регионов. Это были экспертизы по громким, так называемым резонансным убийствам, экспертизы по идентификации личности, исторические и генетические экспертизы. В нашем республиканском Центре СМЭ в Москве мне довелось видеть останки адмирала Федора Ушакова, останки царской семьи…

- Вы много путешествуете по миру и нашей стране, участвуете в научных конференциях. Какие из последних поездок Вам наиболее запомнились?

- Италия, где был три раза, идя "по следам" русского партизана-гарибальдийца Тарасова А.М., уроженца наших мест. Встречался и со старыми итальянскими партизанами, помнившими его.

Поездок было очень много, в том числе и разные города России. Так, был в селе Грузино Новгородской области, где найдены останки нашего земляка П.В. Венедиктова, погибшего в подкопе — об этом мы много писали. На конференциях я пытаюсь протянуть исторические "ниточки" между удомельской землей и теми регионами нашей страны, где в свое время бывали или жили наши земляки. Раньше мои коллеги на таких конференциях сначала с легким недоумением и любопытством смотрели на "странноватого" врача-краеведа из Удомли. А теперь наперебой приглашают выступить, и не только с медицинскими, но и с историческими, краеведческими темами. Видно, каждого неравнодушного человека в нашей стране цепляют такие вот "ниточки".

Только в феврале этого года я ездил с коллегами в два города — в Великий Новгород (где рассказывал про "нашего" графа Аракчеева А.А. и его друга лейб-хирурга Виллие Я.В.) и в Ярославль (где рассказывал про медицину времен адмирала Ушакова Ф.Ф., владевшего землями на нашей территории).

А в апреле этого года предстоят поездки в Москву, затем в Санкт-Петербург — в институт нейрохирургии им. Поленова. Известно, что А.Л. Поленов был другом военного хирурга Сидоренко А.Т., лечившего летчиков в Удомле в годы войны (захороненного на кладбище с. Ивановское в "Голубых Озерах").

В июне — в Киргизию, летом — в Ригу (на международный съезд историков медицины), в сентябре — в Казань... Планов — громадье.

- С какими интересными людьми Вас сводит жизнь!..

- Да, и всех трудно перечислить. Особенно за последние пять лет, когда плотно погрузился в историю, в том числе в историю медицины. Это и многие профессора-медики, писатели, художники. Всех перечислить невозможно. Из самых последних — многократные встречи с профессором С.П. Глянцевым (заведует музеем в институте им. Бурденко), профессором В.Н. Звягиным (судебный медик, который проводил идентификации мореплавателя Витуса Беринга, адмирала Федора Ушакова, останков царской семьи и многих других знаменитых россиян). Это и встречи с Леонидом Рошалем, с Эрнстом Мулдашевым в Уфе, с кардиологом, профессором Игорем Котельниковым (оперировал многих наших космонавтов)… А писателей, художников, историков медицины и великих войн, с кем судьба свела в последние годы — перечислить невозможно.

- Многие знают Вас именно как краеведа, автора интересных публикаций в районной, да и не только, прессе. Вы участвовали в поиске и восстановлении утерянных могил удомельцев — участников Отечественной войны 1812 года, русского этнографа XIX века Сахарова Ивана Петровича в соседнем Бологовском районе. На свои средства и своими силами устанавливаете памятные знаки и являетесь спонсором книг по истории удомельского края…

- Планов очень много, и не все, о чем мечталось, реализовано. На очереди, опять же в планах, книга о госпиталях времен Великой Отечественной войны, а также переиздание книги о врачах удомельского края. Там будет много новых имен, о которых мы практически ничего не знали. А когда-то эти люди составляли цвет российской и советской медицины.

В планах также — установка новых мемориальных досок и знаков нашим знаменитым землякам, обновление памятников воинам Отечественной войны. Это я делаю вместе с коллегой Михаилом Алексеевичем Чистяковым, на наши собственные средства. Помогают и многие земляки — неравнодушные люди, список которых я тщательно веду. Они дают свои личные средства — кто 500 рублей, а кто-то и несколько тысяч. Кстати, первые 500 рублей на памятник хирургу Сидоренко А.Т. (который планируем установить весной этого года) дала Шутова Людмила Степановна (лично знала этого хирурга). 12 июля ей исполнится 97 лет! Искренне рад, что таких людей становится с каждым годом все больше. Это и работки Калининской АЭС, и врачи, и сотрудники администрации нашего округа, и просто мои друзья.

Все меньше остается участников войны, многих из которых знал лично, не раз беседовал с ними, записывал их воспоминания. Дай Бог дожить до их лет, чтобы успеть сделать задуманное, воплотить многие свои планы!

- Вы еще и депутат Удомельской городской Думы. Много приходит персональных обращений о той или иной помощи?

- Очень много. Стараюсь найти подход к каждому человеку, увидеть и понять, чем я реально могу помочь. И если это в моих силах и компетенции, то помогаю обязательно.

- А что еще, кроме любимой работы и увлекательного краеведения?

- Все, как у обычного человека: семья, дети, внуки. Люблю охоту, собираю лекарственные травы, знаю "на глазок" сотни их видов. Много путешествую, о чем было упомянуто выше.

- Как Вам на все это хватает времени и сил?

- Времени не хватает, но силы еще есть. Все думал, что к 50-ти годам жизнь станет более спокойной и размеренной. Потом то же самое думал и про свой 60-летний юбилей. Но ритм жизни с годами только ускоряется, а планов меньше не становится.

- Желаю вам всегда хранить в сердце молодость и веру в собственные силы. И будем ждать от Вас новых творческих открытий и интересных книг!

- Большое спасибо! Я всю жизнь служу любимому делу — медицине, но надеюсь так же полноценно реализовать себя и в творчестве. Тем более, что 2 марта, в день моего рождения, в редакции "Удомельской газеты" мне торжественно вручили журналистский "партбилет" — удостоверение члена Союза журналистов России.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

19